В лесу рядом с домом пахло хвоей и нагретой смолой. Алексей шёл с семьёй по лесной тропинке рядом с домом, в который они совсем недавно переехали. Жена — в двух метрах впереди, дети — Никита и Лиза — сзади.
Послышался хруст. Не грохот, не треск — короткий хруст, после которого промелькнула тень. Дальше Алексей ничего не помнил. Ель, а точнее её верхушка, упала на него и придавила, сломав позвоночник на уровне грудного отдела.
Жена и дети остались целы. Сейчас Алексей говорит: «Страшно подумать, что это могло случиться с кем-то из моих любимых». В тот день всё решил случай. Обычная прогулка, обычный летний день. От такого никто не застрахован.
Дальше — больница, операция на позвоночнике: установка металлоконструкции, винты через ножки позвонков, декомпрессия спинномозгового канала. Диагноз — сухие строки: закрытая позвоночно-спинномозговая травма, компрессионно-оскольчатый перелом грудного отдела позвоночника, нижняя параплегия. И слова врача: либо паралич на всю жизнь, либо заново учиться всему — сидеть, стоять, ходить.
Но потом начались осложнения — инфекция в послеоперационной ране. Четыре месяца держалась температура, ткани отмирали, бесконечные перевязки, пять операций. Это время Алексей помнит смутно. Жена, дети, родители — все это видели. Видели, как он угасал, как гнил заживо.
Только через полгода врачи подобрали антибиотики, и раны начали заживать. Через десять месяцев после травмы Алексей впервые смог присаживаться. Семья собрала все накопления. Помогли родители, знакомые — кто сколько мог. И Алексей поехал в реабилитационный центр.
Сейчас он прошёл два курса. Результат, которого никто не ждал так скоро: из лежачего состояния — на ходунки. Он уже может встать и передвигаться по дому с ходунками. В центре говорят: травма свежая, динамика хорошая, шанс встать на ноги есть, но его нельзя терять. Реабилитация — это не один курс, это месяцы работы. Алексей проходит курсы реабилитации в рамках ОМС, но платные программы объёмнее: дольше по времени, больше процедур, больше занятий, индивидуальный подход. Сейчас Алексею нужен следующий курс — пока тело помнит, пока есть шанс.
Алексей был единственным кормильцем, на нём держалась вся семья. Он зарабатывал тем, что делал и собирал мебель. Сейчас работать не может. Жене приходится нелегко: она ухаживает за Алексеем и детьми. Никите недавно исполнилось 6, Лизе — 7. В этом году девочка пошла в первый класс.
«У меня нет права сдаться, — говорит Алексей. — Я в ответе за свою семью. Мне не привыкать к трудностям. Я знаю, что справлюсь. Я готов работать, много заниматься. Мне просто нужна поддержка сейчас, когда я не могу со всем справиться сам, как раньше».
Алексею 31 год, и он заново учится ходить. У него есть шанс. И есть вы.
100 ₽ 